Я держу в руках тот самый октябрьский номер “толстого журнала” “Новый мир”, где в 1962 году был опубликован рассказ неизвестного писателя, чье имя в дальнейшем облетело весь мир: Александр Солженицын. Затем беру следующую его публикацию — крошечную брошюрку, изданную на скверной бумаге, — тираж 100 000 экземпляров, цена 19 копеек. С этого-то, собственно, все и началось: шедевр Мэтра, у которого уже тогда в столе хранились несколько драм, несколько длинных поэм и романы. С ранней молодости и до самой смерти, случившейся 3 августа 2008 года, он неустанно писал тысячи и тысячи страниц. Целых тридцать томов, издание которых в окончательной редакции не завершено и поныне. Человек, от Бога наделенный поистине титаническими качествами, он в первую очередь был титаном-писателем. И той крошечной брошюркой уже была заложена бомба под коммунистическую империю — монолит, созданный, казалось, на тысячелетие и владевший половиной земель и половиной всех умов планеты.

Нобелевский лауреат премии по литературе 2008 года Жан-Мари Гюстав Леклезио получил премию имени шведского писателя Стига Дагермана. Об этом сообщает в воскресенье AFP. Леклезио был удостоен премии за «наполнение книжных страниц восхитительными сочетаниями слов». Церемония награждения прошла на родине Стига Дагермана, в маленькой деревне Эльвкарлебю в ста километрах от Стокгольма. Размер премии составляет 50 тысяч шведских крон (около 6300 долларов).

Жан-Мари Гюстав Леклезио стал известен после публикации в 1963 году дебютного романа «Протокол». Книга принесла писателю номинацию на Гонкуровскую премию. 9 октября 2008 года Нобелевский комитет объявил Леклезио лауреатом премии по литературе. Премия имени Стива Дагермана присуждается за выдающиеся литературные работы. В разное время ее получали лауреат Нобелевской премии по литературе Эльфрида Элинек и авангардный кинорежиссер Лукас Мудиссон.

Генрих Белль последний раз посетил Советский Союз в 1979 году, приехал на десять дней.

Так получилось, что я был свидетелем многих событий, связанных с этим визитом. Свидетелем, получившим возможность многое увидеть и многое запомнить, я оказался потому, что мой отец, художник Борис Георгиевич Биргер, был одним из ближайших русских друзей Генриха Белля.


Для того чтобы понять, почему Белля ждал в СССР не очень любезный прием, надо знать некоторые обстоятельства.

Официально Белль оставался «прогрессивным» немецким писателем, лауреатом Нобелевской премии, одним из самых весомых людей в международном Пен-клубе (где он долго был и президентом) — из-за этого, из-за его всемирной славы и значения любого его слова для всего мира ему, видно, и побоялись отказать во въездной визе. Но к тому моменту Белль уже успел во многом «провиниться» перед советской идеологией.

В 1982 году, то есть почти за десять лет до “Евангелия от Иисуса”, Жозе Сарамаго выпустил исторический роман “Воспоминания о монастыре”, среди бесчисленных персонажей которого — как реальных, так и вымышленных — помянут и некий “Мануэл Матеус, по кличке Сарамаго”: он мелькает на мгновение в длинной процессии приговоренных к аутодафе… Только сам автор может ответить, придумал ли он это имя или обнаружил в обширных архивах “Святейшей службы” — ведь документы, в отличие от людей, “всегда остаются целы вопреки всем пожарам и землетрясениям”; что же касается напрашивающегося вопроса о его родстве с тем осужденным на покаяние Сарамаго, то читатель вынужден довольствоваться насмешливой отговоркой: “Поди знай, какое будет от него потомство”, — возможно, ответ затерялся во тьме веков? Впрочем, фактическая сторона дела интересна лишь с точки зрения простого человеческого любопытства — с точки зрения художественного смысла в любом случае ясно, что Жозе Сарамаго имел в виду заявить о своей принадлежности к старинному роду еретиков.

В 1964 году, незадолго до шестидесятилетия, Элиас Канетти записывает в дневник: «Как во хмельном угаре, я твержу себе, что доживу до возраста Софокла, до девяноста лет, и что главные вещи мне предстоит написать в ближайшие годы». В недавно вышедшей монографии о жизни Канетти биограф Свен Ханушек замечает: «Насчет «главных вещей» можно было бы и поспорить — все-таки «Ослепление» и «Масса и власть» на тот момент уже созданы. Но сочинения, которые принесут Канетти громкую славу, ему и в самом деле еще предстояли; и до возраста Софокла он не дожил совсем немного»[2].

Большие тиражи, почтительное внимание крупнейших издательств, престижные литературные премии и, наконец, возможность прокормиться литературным трудом — все это пришло к Канетти лишь на седьмом десятке. До этого писателя если где и знали, то разве что в Англии: эмигрировав после аншлюса из Вены в Лондон, он в начале 50-х принял британское подданство и надолго обосновался на новой родине. Более тридцати лет Канетти, не торопя свою славу, работал над сочинением «Масса и власть». И только с начала 60-х — когда книга наконец-то увидела свет, а прочно забытый роман «Ослепление» с успехом переиздали в Германии,— только тогда о писателе вспомнили в немецкоязычных странах.

Иван Толстой: Продолжаем литературную тему. Жан-Мари Гюстав Лё Клезио – один из самых необычных французских писателей. Он избегает саморекламы и парижских литературных кланов; бульвару Сен-Жермен он предпочитает пески пустыни или джунгли Панамы. Лё Клезио считают одним из лучших французских писателей. В каком-то смысле он — диссидент западной цивилизации, последний защитник исчезающих племен… Казалось бы, общество, которое он отвергает, должно было бы подвергнуть его остракизму, но каждая новая книга Лё Клезио становится во франкоязычном мире событием.

Диктор читает отрывок из последнего романа писателя «Урания»: «…Солнце пылало на стенах кухни, небо над деревней было голубым, все еще летнее небо… Тучи собирались на севере над вершинами гор. Мухи, которых было спугнул рев  моторов, снова начали вышивать свой танец над сеткой. Но мой дед Жюльен вовсе и не собирался их отогнать. Он сидел за столом и солнце лупило по нему прямой наводкой, он был бледным и старым, большим и истощавшим… Лучи солнца пробивали насквозь его глаза, делали их прозрачными, серо-синими.

Нобелевская премия по литературе 2008 года вручена французскому писателю Жан-Мари Гюставу Леклезио, «певцу постоянного движения, поэтической авантюры и чувственного экстаза, исследователю человечности вне и ниже господствующей цивилизации».

Постоянный секретарь Шведской Королевской академии Хорас Энгдаль назвал день, когда станет известно имя нового обладателя Нобелевской премии по литературе: это произойдет в четверг, 9 октября 2008 года, в час дня по стокгольмскому времени (три часа по Москве). Об этом сообщается на сайте премии. Денежная часть самой престижной в мире литературной награды составит 10 миллионов шведских крон, что эквивалентно 1,42 миллиона долларов или 1,02 миллиона евро.